Дом Михаила Кесарева в деревне Леоново, расположенной в 20 километрах от Нового Некоуза, — один из немногих, где живут круглый год. В конце 1980-х деревня была большой. Сейчас соседей — раз-два и обчёлся. Тем удивительнее, что здесь живёт уроженец Брянской области и Почётный гражданин Рыбинска, горожанин, интеллигент — в общем, человек, казалось бы, не слишком подходящий для деревенской жизни. Но именно здесь ветеран Великой Отечественной войны Михаил Кесарев отметил вековой юбилей.
В день рождения у Михаила Семёновича побывали представители ПАО «ОДК — Сатурн» (входит в Объединённую двигателестроительную корпорацию Ростеха). За столом говорили о войне, работе в Рыбинском конструкторском бюро моторостроения, испытаниях двигателей, современной деревне и сегодняшнем «Сатурне». О том, каким был путь Михаила Кесарева от оккупированного Дятькова до КБ, авиации и деревенского дома в Леонове, — читайте в новом выпуске «Заводных практик».
Пацан с боевыми наградами
Жизнь Михаила Кесарева могла закончиться в 1945-м. В семье знают точное место и дату: 30 апреля, Берлин, мост через Шпрее.
— Как уцелел — не знаю, — говорит о том эпизоде сам юбиляр.
В этот день 19-летний артиллерист участвовал в боях на улицах немецкой столицы. Пуля фашистского снайпера пролетела в нескольких сантиметрах от его головы. Двое товарищей были ранены, а он уцелел и ещё несколько лет служил в советских вооружённых силах.
Но война для Михаила Кесарева началась не в Берлине, а в 1941 году на Брянщине. Город Дятьково, где жила семья Кесаревых, был оккупирован седьмого октября. На фронт 14-15-летних подростков не брали, поэтому Михаил с другом примкнули к партизанскому сопротивлению. По заданию партизан они пробирались на железнодорожную станцию, считали вагоны, следили за врагом. Щуплый невысокий подросток не вызывал подозрений, а наблюдательности и сообразительности ему было не занимать — весной 1941 он окончил семь классов.
Хорошие отношения с математикой оказали влияние и на выбор военной специальности. После краткосрочной подготовки в учебной части, куда он попал осенью 1943 года, на тот момент уже лейтенанта определили в расчётчики траектории гаубиц.
Полтора года он воевал на Первом и Втором Белорусских фронтах, в том числе освобождал концлагерь Майданек, где видел горы снятой с заключённых одежды, а вокруг лагеря, на удобренных человеческим пеплом полях — огромную капусту и свёклу.
За героизм, мужество и выполнение боевых задач был отмечен орденом Жукова, медалями «За отвагу», «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина», «За победу над Германией» и другими наградами.
Технический склад ума пригодился Михаилу Кесареву и после войны. Окончив Московский станкостроительный институт, он два года работал ведущим конструктором на Чистопольском часовом заводе, но вскоре приехал в Рыбинск — и здесь началась его почти тридцатилетняя работа в РКБМ.
«У нас хороший завод»
О Рыбинске Михаил Кесарев узнал от старшей сестры, которую распределили сюда после окончания вуза. Металлург по специальности, она работала на судостроительном заводе. А на авиационный попала после того, как на производстве возникли проблемы с лопатками двигателя. Приказом министерства её перевели на «двадцатый», где поручили наладить сварочные процессы. Позднее она стала начальником одного из цехов, заместителем главного металлурга и была награждена орденом Ленина.
Но заслуги и награждения были позже, а в 1957 году Ольга Семёновна сказала младшему брату: «Приезжай, у нас хороший завод», и Михаил Кесарев приехал.
Работа в РКБМ
В 1957 году ветеран пришёл в РКБМ. Рыбинское КБ моторостроения создавало авиадвигатели. Михаил Кесарев был сначала рядовым инженером-конструктором, а с 1961 года возглавил бригаду запуска двигателя.
Его работа была связана с турбостартерами — устройствами, которые раскручивают двигатель до момента запуска. Конструктору нужно было не только создать систему, но и довести её до работы на реальном двигателе. Для этого Михаил Кесарев ездил на испытания, в том числе в Жуковский, где разбирался с возникающими проблемами.
За годы работы в РКБМ он занимался запуском двигателей для нескольких авиационных проектов, в том числе Ту-144Д и Т-4 — знаменитой «Сотки».
В книге «Самолёт начинается с двигателя» Александр Дынкин пишет, что Михаил Кесарев много времени проводил на производстве. Если его вызывали в цех или на испытательную станцию, он брал с собой рядовых конструкторов, которых касался возникший вопрос. Вместе они обсуждали компоновки, схемы, технические решения.
Он и сам не считает себя кабинетным инженером-конструктором.
— Самым трудным было заставить сборочный цех выполнять задание. Даёшь им данные, а они время тянут. Вот и приходилось ходить, практически командовать: «Делайте так, делайте вот это», — говорит Михаил Семёнович.
— Коллеги вспоминают его как требовательного руководителя. «Кесарев, он спрашивал, чтобы всё было точно», — рассказывает эксперт подразделений генерального конструктора «ОДК — Сатурн» Анатолий Лысенко.
При этом требовательный и дотошный в командировке или цехе, дома Кесарев оставался отцом. Сын и дочь любили, когда папа уезжал в Жуковский, потому что он возвращался с гостинцами. Благодаря его командировкам в Подмосковье, дети видели ананасы, картофельные чипсы и сладости, которых в рыбинских магазинах в свободной продаже в советские годы не было.
Житель деревни
С будущей женой, Мартой Васильевной, Михаил Кесарев познакомился в Рыбинске. Поженившись, они растили детей, ездили в отпуска, помогали родным, строили дачу. Домик в деревне появился в их жизни уже после рождения внучки и внука. Марта Васильевна считала, что городским детям нужны деревенская свобода, река, чистый воздух.
Такое место нашлось под Новым Некоузом, на Сити, но дом, который им удалось купить, был настолько плох, что привести его в порядок не получилось. Поэтому, выйдя на пенсию, Михаил Кесарев построил свой бревенчатый дом. Уже больше 25 лет этот дом — постоянное место жительства Михаила Семёновича.
После смерти жены он лет 20 зимовал в нём один, а последние два года живёт вместе с дочерью. Летом сюда съезжаются все члены семьи, а в межсезонье регулярно бывает сын, заходят соседи. Очень любят этот дом местные деревенские кошки.
— Папа у нас кошатник, а они чувствуют его доброту. Иногда здесь до десяти кошек жили. Они сюда приходили со всей округи вроде как на кошачью пенсию, — рассказывает дочь Елена Михайловна.
Юбилей инженера-конструктора
Заводчан, приехавших пятого октября в Леоново, юбиляр встречал на крыльце. В доме в этот день собрались и родственники Михаила Семёновича, приехавшие из Рыбинска и Подмосковья. В небольшой комнате за празднично накрытым столом оказались люди, многие из которых прежде друг друга не знали, но неловкости не было. Разговаривали о юбиляре, СССР, конструкторах, Рыбинске, «Сатурне» и «Крыльях Ростеха». Вспоминали тех, с кем когда-то работали — Люсю Дряничеву, Володю Рыбина, Бориса Суховерова и других. И все-таки чувствовалось, что повод собраться в Леонове у этих людей был особенный.
Комнату к празднику украсили поздравительные гирлянды и большие золотые шары с цифрой 100. Михаил Кесарев сам не до конца верил в столь солидную дату:
— А ведь мне сегодня 100 лет. Я никогда не думал, что доживу до этого возраста.
Здоровье у Михаила Семёновича сейчас не такое, как в молодости. Ноги подводят, спина побаливает. Он идёт до конца деревни, потом возвращается — и считает, что это уже немало. При этом интересуется жизнью соседей и отмечает, если кого-то из них давно не было. И юмор ценит по-прежнему.
Рассказывая о сегодняшних успехах «ОДК — Сатурн», поздравляющие упомянули аддитивные технологии и многие новинки предприятия. А дальше разговор снова вернулся к Михаилу Семёновичу. Ему пожелали такого же жизненного ресурса и хорошего запуска — чтобы заводиться с пол-оборота. Конструктор двигателей Михаил Кесарев оценил техническое задание.
